Что не так?
Все по делу, Олег Вьюгин:
Однако в процессе успешного развития вектор 2000-х стал незаметно меняться. В ряде случаев на противоположный.
Вместо равной удаленности бизнеса от власти стал преобладать принцип лояльности. Бизнес, лояльный ко всему, что делает власть, мог расти и обогащаться. А признанному нелояльным такие права не гарантировались. Феномен особых отношений отдельных капитанов бизнеса и власти сохранился, сменились только персоны, и эти отношения приобрели сугубо непубличный характер.
Правовая экономика осталась на бумаге. Возобладала тенденция подчинения судебной власти исполнительной и ее силовому крылу. Это породило рост коррупции, практику выборочного правоприменения, правовую незащищенность малых и средних компаний от рейдерства и поборов отдельных лиц, уполномоченных государством обеспечивать соблюдение законности. Это толкало к упрощению структуры экономики страны, оформляло ее как хозяйство крупных сырьевых компаний и компаний первого передела.
Надежность бюджетной политики тоже осталась в прошлом. За несколько лет расходы федерального бюджета выросли до уровня, при котором способность государства выполнять финансовые обязательства теперь наполовину зависит от того, какой будет цена на нефть. Структурные реформы не удалось осуществить полностью, или они оказались существенно модифицированными, несовместимыми с политикой фискальной дисциплины.
Несмотря на то что цена на нефть достигла невиданных высот, власти попытались нарушить налоговый контракт 2000-х, повысив ставки социального налога. Думаю, что налогоплательщики могли бы с пониманием отнестись к этому решению, если бы не было тех рентных доходов, которые государственный бюджет продолжает получать от экспорта сырьевых ресурсов.
Вместо сокращения государственного участия в экономике состоялась экспансия государства в конкурентные секторы экономики. Государство использовало ренту для создания государственных корпораций, увеличения доли в коммерческих компаниях и банках и субсидирования лояльного бизнеса, а также на дорогостоящие строительные проекты непроизводственного характера. Эффективность этих решений, логично вписывающихся в случившееся отступление от строгих правовых отношений бизнеса и власти, еще предстоит оценить. Но очевидно, что они способствовали росту монополизма и несправедливой конкуренции.
Во внешней политике взятый было вектор на конструктивный диалог быстро развернулся. Вместо этого диалога произошел возврат мягкой конфронтации с развитым миром.
В итоге за 2008-2011 гг. рост отечественной экономики — 0%, возобновился отток инвестиционного и интеллектуального капитала. Кто-то может возразить: так ведь мировой экономический кризис! Да, развитые страны находятся в долговом кризисе, их экономики стагнируют. Но в этот же период экономики наших соседей по БРИК — Китая, Индии, Бразилии — выросли на 31, 26 и 11% соответственно, а цена на нефть была (и остается) для нас благоприятной как никогда.
Вряд ли стоит искать виноватых, но сегодня мы опять стоим перед выбором начала 2000-х.
http://www.vedomosti.ru/opinion/news/1484201/pochemu_u_rossii_poluchilos
Hint http://pics.livejournal.com/igrick/pic/000r1edq
Источник: